   |
ые слова, – что он бесчестный человек!
Граф беспечно пожал широкими плечами.
– Потому что это широко известно по всей Европе.
– Как и ваша репутация, месье! – отрезала девушка.
Граф прищурился, держа ее в плену своим взглядом.
– Моя репутация вас не касается, мадемуазель.
– Как и мои действия, месье.
Они обменялись разъяренными взглядами. Граф сжал кулаки:
– Значит, вы по-прежнему намерены ехать на прогулку?
Шарлотта упрямо вскинула голову:
– Сгораю от нетерпения.
Что-то в душе графа, подавляемое столько времени, наконец взорвалось.
– Так вот чего вы не можете дождаться, мадемуазель!
Он вдруг схватил ее за руку. Она попыталась вырваться, но тщетно. Еще мгновение, и она оказалась в его объятиях.
– Нет, пожалуйста! Нет!
Но все ее протесты были напрасны: граф закрыл ей рот жадным поцелуем.
Шарлотта уперлась кулаками ему в грудь. Его губы добивались и требовали, обжигая ее рот.
Она вертела головой. Но спасения не было. Его руки опаляли ее сквозь шелк платья. Шарлотту трясло как в лихорадке. Он легко раскрыл ее губы своими, а у нее даже не осталось сил сопротивляться. Слабость охватила ее. Она качнулась, как тряпичная кукла, удерживаемая на месте только его руками.
Но тут свирепый поцелуй стал долгим, глубоким и нежным. У Шарлотты закружилась голова. Она перестала сопротивляться и отчаянно ухватилась за плечи Шандора, но руки сами тут же обвили его шею.
Целую вечность его поцелуй держал ее в плену, после чего Кароли осторожно поднял голову, глядя на Шарлотту со странным выражением в дьявольски-черных глазах.
– Шарлотта, – пробормотал он едва узнаваемым голосом. Но она ловила губами воздух, сгорая от стыда и смятения. Старалась что-то сказать, а когда это удалось, из глаз брызнули слезы.
– Вы… омерзительны, – выдавила она, отступая неверными шагами.
– Шарлотта, пожалуйста…
Сейчас, в лунном свете, он удивительно походил на араба резкими чертами и смуглой кожей.
– Не прикасайтесь ко мне! Никогда больше не прикасайтесь! – воскликнула она.
Его близость, его мужская сила лишали ее рассудка. Убежать! Прочь отсюда!
Но он протянул руку, и Шарлотта, не глядя, ее отбросила.
– Ненавижу! Вы негодяй! Больше не желаю вас видеть! Никогда!
Размахнувшись, она дала ему пощечину. И слезы снова хлынули горячим
Граф беспечно пожал широкими плечами.
– Потому что это широко известно по всей Европе.
– Как и ваша репутация, месье! – отрезала девушка.
Граф прищурился, держа ее в плену своим взглядом.
– Моя репутация вас не касается, мадемуазель.
– Как и мои действия, месье.
Они обменялись разъяренными взглядами. Граф сжал кулаки:
– Значит, вы по-прежнему намерены ехать на прогулку?
Шарлотта упрямо вскинула голову:
– Сгораю от нетерпения.
Что-то в душе графа, подавляемое столько времени, наконец взорвалось.
– Так вот чего вы не можете дождаться, мадемуазель!
Он вдруг схватил ее за руку. Она попыталась вырваться, но тщетно. Еще мгновение, и она оказалась в его объятиях.
– Нет, пожалуйста! Нет!
Но все ее протесты были напрасны: граф закрыл ей рот жадным поцелуем.
Шарлотта уперлась кулаками ему в грудь. Его губы добивались и требовали, обжигая ее рот.
Она вертела головой. Но спасения не было. Его руки опаляли ее сквозь шелк платья. Шарлотту трясло как в лихорадке. Он легко раскрыл ее губы своими, а у нее даже не осталось сил сопротивляться. Слабость охватила ее. Она качнулась, как тряпичная кукла, удерживаемая на месте только его руками.
Но тут свирепый поцелуй стал долгим, глубоким и нежным. У Шарлотты закружилась голова. Она перестала сопротивляться и отчаянно ухватилась за плечи Шандора, но руки сами тут же обвили его шею.
Целую вечность его поцелуй держал ее в плену, после чего Кароли осторожно поднял голову, глядя на Шарлотту со странным выражением в дьявольски-черных глазах.
– Шарлотта, – пробормотал он едва узнаваемым голосом. Но она ловила губами воздух, сгорая от стыда и смятения. Старалась что-то сказать, а когда это удалось, из глаз брызнули слезы.
– Вы… омерзительны, – выдавила она, отступая неверными шагами.
– Шарлотта, пожалуйста…
Сейчас, в лунном свете, он удивительно походил на араба резкими чертами и смуглой кожей.
– Не прикасайтесь ко мне! Никогда больше не прикасайтесь! – воскликнула она.
Его близость, его мужская сила лишали ее рассудка. Убежать! Прочь отсюда!
Но он протянул руку, и Шарлотта, не глядя, ее отбросила.
– Ненавижу! Вы негодяй! Больше не желаю вас видеть! Никогда!
Размахнувшись, она дала ему пощечину. И слезы снова хлынули горячим
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107