   |
дели, как тот пожилой мужчина скатился по трапу? – Ее седые волосы прядями прилипли ко лбу. Она гнула в руках очки, пытаясь придать им первоначальную форму. – О господи!
Барри взял у нее очки и попытался их исправить.
– Вы спустились по переднему трапу или по заднему?
– По заднему, – ответила женщина.
– А мы спустились по переднему. – Он вернул ей очки и спросил толстого, приземистого и несколько неуклюжего человека, сидевшего напротив: – Передний или задний?
Все закончилось. Джастин хотелось добраться домой и принять душ. Ей хотелось принять душ с Барри Кантором. Зачем он разговаривает с этими толстыми стариками, он ведь их даже не знает? Собралась уже целая группа, они рассказывали, что с кем случилось, показывали ожоги и синяки.
– А у дядьки прямо перед нами случился сердечный приступ, – сказала Барри девушка помоложе Джастин. – Как вы думаете, он умер? – спросила она, и ее личико скривилось, как у маленькой заблудшей овечки.
– Барри, – сказала Джастин, – мне нужно идти.
– Правда? – Он обернулся к новым знакомым: – Ну, adios, это было сверхъестественно.
– Я хочу дать вам мою карточку, – сказала женщина с очками. Они подождали, пока она шарила вокруг себя. – У меня ее нет. – Она заплакала, скорчив при этом такую гримасу, что Джастин не хотелось на нее смотреть. – У меня ничего нет.
Барри приобнял женщину за плечи.
– У вас есть то, что дал вам Господь, – сказал он. – А большего нет ни у кого.
«Ой-ой», – подумала Джастин. Ей совершенно не хотелось присутствовать при подобной сцене.
Толстяк сказал:
– Плачьте, ничего страшного, вам надо выплакаться.
Джастин почувствовала отвращение. Ей хотелось в туалет.
– Барри? Мне надо идти. Я сейчас вернусь.
Она нашла нужный значок – женский силуэт – и, прихрамывая, пошла по стрелкам вдоль освещенного люминесцентными лампами коридора. Неожиданно позади нее вспыхнули ослепительные огни. Это прибыли журналисты из отдела новостей.
А навстречу ей шагала целая шеренга служащих аэропорта, очень быстро. Еще немного, и эти люди в униформе встанут перед ней стеной. Ей нужно куда-нибудь уйти. Стремительная блондинка в синем форменном костюме уверенно остановилась перед Джастин. Остальные промаршировали мимо.
– Мадам, вы не должны покидать указанной зоны, это необходимо для обеспечения безопасности. Подождите минутку, и доктор вами займется.
– Туалет.
Мимо торопливо шли люди с медицинскими инструментами.
Женщина рукой указала в сторону кутерьмы позади Джастин.
– Направо, выход 17, там вниз по коридору есть туалет.
Дверь с кружочком и треугольником была от нее в десяти шагах.
– Извините, но сюда вход воспрещен. – Женщина крепко взяла Джастин под руку и потянула обратно, туда, где царила жара и анархия.
– Но вот же он, – крикнула Джастин.
– У нас есть правила на случай чрезвычайной ситуации.
– У вас есть правила относительно туалетов? Убери от меня руки, дура, – рыкнула Джастин, высвобождая руку. Женщина отступила на шаг. – Я тебя засужу к чертовой матери. – Она заковыляла к двери. – Тебя лично, не «УорлдУайд». На них я подам отдельно.
Джастин ввалилась в пустую кабинку и села прямо на унитаз, наплевав на многолетнюю привычку. Она писала, прижимая сумочку к животу. Должно случиться что-то страшное. Она обхватила колени руками, вся дрожа. Несколько папок остались в самолете – больше недели работы, все впустую.
Она склонилась над раковиной, подставив запястья под холодную воду, как будто пьяная. Бас бормотал с шипением и треском:
– Пассажиры рейса 358! Соблюдайте спокойствие! Каждому будет бесплатно предоставлена полная и всесторонняя медицинская помощь!
– Прекрати на меня орать! – Ноги у нее болели и немели, как отмороженные. Ужасно. Она, хромая, вышла из туалета и наткнулась на ту же самую блондинку-служащую. С ней была медсестра в белой шапочке. Медсестра не стала ее трогать, но посмотрела прямо в глаза.
– Вы хорошо себя чувствуете?
Джастин расплакалась.
– Я… моя нога.
– Давайте посмотрим. Вы сможете дойти вон до тех диванчиков?
– Мы не несем ответственности за несчастные случаи, произошедшие вне разрешенной зоны, – не отставала от них назойливая стерва.
– Ты меня нервируешь, – отрезала Джастин. – Проваливай.
Служащая ушла. Джастин стянула колготки, почти не беспокоясь, что кто-то увидит. Медсестра спросила, как ее зовут, куда она должна была лететь, какое сегодня число
Барри взял у нее очки и попытался их исправить.
– Вы спустились по переднему трапу или по заднему?
– По заднему, – ответила женщина.
– А мы спустились по переднему. – Он вернул ей очки и спросил толстого, приземистого и несколько неуклюжего человека, сидевшего напротив: – Передний или задний?
Все закончилось. Джастин хотелось добраться домой и принять душ. Ей хотелось принять душ с Барри Кантором. Зачем он разговаривает с этими толстыми стариками, он ведь их даже не знает? Собралась уже целая группа, они рассказывали, что с кем случилось, показывали ожоги и синяки.
– А у дядьки прямо перед нами случился сердечный приступ, – сказала Барри девушка помоложе Джастин. – Как вы думаете, он умер? – спросила она, и ее личико скривилось, как у маленькой заблудшей овечки.
– Барри, – сказала Джастин, – мне нужно идти.
– Правда? – Он обернулся к новым знакомым: – Ну, adios, это было сверхъестественно.
– Я хочу дать вам мою карточку, – сказала женщина с очками. Они подождали, пока она шарила вокруг себя. – У меня ее нет. – Она заплакала, скорчив при этом такую гримасу, что Джастин не хотелось на нее смотреть. – У меня ничего нет.
Барри приобнял женщину за плечи.
– У вас есть то, что дал вам Господь, – сказал он. – А большего нет ни у кого.
«Ой-ой», – подумала Джастин. Ей совершенно не хотелось присутствовать при подобной сцене.
Толстяк сказал:
– Плачьте, ничего страшного, вам надо выплакаться.
Джастин почувствовала отвращение. Ей хотелось в туалет.
– Барри? Мне надо идти. Я сейчас вернусь.
Она нашла нужный значок – женский силуэт – и, прихрамывая, пошла по стрелкам вдоль освещенного люминесцентными лампами коридора. Неожиданно позади нее вспыхнули ослепительные огни. Это прибыли журналисты из отдела новостей.
А навстречу ей шагала целая шеренга служащих аэропорта, очень быстро. Еще немного, и эти люди в униформе встанут перед ней стеной. Ей нужно куда-нибудь уйти. Стремительная блондинка в синем форменном костюме уверенно остановилась перед Джастин. Остальные промаршировали мимо.
– Мадам, вы не должны покидать указанной зоны, это необходимо для обеспечения безопасности. Подождите минутку, и доктор вами займется.
– Туалет.
Мимо торопливо шли люди с медицинскими инструментами.
Женщина рукой указала в сторону кутерьмы позади Джастин.
– Направо, выход 17, там вниз по коридору есть туалет.
Дверь с кружочком и треугольником была от нее в десяти шагах.
– Извините, но сюда вход воспрещен. – Женщина крепко взяла Джастин под руку и потянула обратно, туда, где царила жара и анархия.
– Но вот же он, – крикнула Джастин.
– У нас есть правила на случай чрезвычайной ситуации.
– У вас есть правила относительно туалетов? Убери от меня руки, дура, – рыкнула Джастин, высвобождая руку. Женщина отступила на шаг. – Я тебя засужу к чертовой матери. – Она заковыляла к двери. – Тебя лично, не «УорлдУайд». На них я подам отдельно.
Джастин ввалилась в пустую кабинку и села прямо на унитаз, наплевав на многолетнюю привычку. Она писала, прижимая сумочку к животу. Должно случиться что-то страшное. Она обхватила колени руками, вся дрожа. Несколько папок остались в самолете – больше недели работы, все впустую.
Она склонилась над раковиной, подставив запястья под холодную воду, как будто пьяная. Бас бормотал с шипением и треском:
– Пассажиры рейса 358! Соблюдайте спокойствие! Каждому будет бесплатно предоставлена полная и всесторонняя медицинская помощь!
– Прекрати на меня орать! – Ноги у нее болели и немели, как отмороженные. Ужасно. Она, хромая, вышла из туалета и наткнулась на ту же самую блондинку-служащую. С ней была медсестра в белой шапочке. Медсестра не стала ее трогать, но посмотрела прямо в глаза.
– Вы хорошо себя чувствуете?
Джастин расплакалась.
– Я… моя нога.
– Давайте посмотрим. Вы сможете дойти вон до тех диванчиков?
– Мы не несем ответственности за несчастные случаи, произошедшие вне разрешенной зоны, – не отставала от них назойливая стерва.
– Ты меня нервируешь, – отрезала Джастин. – Проваливай.
Служащая ушла. Джастин стянула колготки, почти не беспокоясь, что кто-то увидит. Медсестра спросила, как ее зовут, куда она должна была лететь, какое сегодня число
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107